Все как у нас

Меня очень часто внук просит рассказать, как раньше мы жили, и я ему очень люблю об этом рассказывать.

Давным-давно у нас жизнь была очень простая, незатейливая, бурная и тем интересная. Захотел кого-то поглотить — окружил его и съел; увидел какое-то брошенное — приютил, и живёте вместе дружно.

Потом нас стало больше, мы стали куда прочнее, чем раньше, у нас стало больше дел, больше обязанностей, больше врагов — как внешних, так и внутренних. Мы стали объединяться в общины. У нас появились боги, мы им поклонялись: бог плодородия, бог чистой крови, бог очищающей воды, которая должна всю грязь уносить прочь, и самый главный бог — бог пищи, потому что если бы не он, то мы бы совсем не выжили. Откуда бы мы брали питание, энергию?

Вот так мы и жили общинами, и у нас было язычество, и жизнь была более-менее стабильной. На нас, конечно, также нападали, но мы с каждой атакой становились всё сильнее, а главное — наш коллективный разум становился всё умнее.

Шли эпохи, наши общины становились всё больше, нас самих становилось всё больше и больше, мы стали выполнять всё более сложную работу, занятия наши становились объемнее, врагов — больше, территорий у нас становилось больше, а общаться и передавать информацию становилось труднее и медленнее.

И тогда мы придумали передавать сообщения через нашу реку, ведь все общины были пронизаны руслами этой реки. Мы кидали много записок о том, что на нас напали, чтобы из других общин к нам по той же реке сразу приходила помощь в отражении натиска врагов. Также мы всегда по реке сплавляли все припасы и излишки, чтобы тот, у кого что-то недостает или кто в чем-то нуждается, мог всё, что нужно, с этой реки взять себе. Когда появлялись новые селения вдалеке от реки, то река каким-то магическим образом устремляла свои русла и к ним.

Шли эпохи, мы становились всё сильнее, всё обширнее и богаче. На нас было сложно напасть, наше общество становилось сложнее, и у нас стали происходить внутренние процессы, раз внешние нам уже не сильно угрожали...

У нас появился в одной общине такой интересный экспонат, который сказал, что бог один, он его сын и он смог перекрасить воду в кровь в нашей реке. Ну, в общем, у нас стала происходить война религий. Та община, с которой начинала течь река, сказала, что она главная, и религия будет одна, а вера во многих богов — это всё неправильно и вредно. Причем часто вред наносила эта центральная религия всем общинам: то перекроет поставку питания по реке, то не будет помогать в битвах против внешних захватчиков. В общем, мы решили все подчиниться — нам-то особо было всё равно, в кого верить, главное — чтобы жить не мешали.

Шли эры, и наша страна стала такой огромной и многочисленной, что любое общение было сложным, любая информация до адресата доходила очень долго и часто в сильно искаженном виде: попросишь у соседей одного строительного материала, а тебе приплывет непонятно что. Когда на нас нападают, пока другие узнают, пока приплывут — многих наших уже либо убивают, либо успевают обратить в другую веру.

Поэтому между всеми нашими селениями была проведена обширная сеть, которая связала каждое селение в одну единую внутрисеть. Эта внутрисеть стала для нас спасением: к нам стали быстрее приходить сообщения — не то что по речке, у нас появилась координация наших действий. Не все селения стали делать одно и то же, создавая большой излишек продукции, а стали производить только то, что требовалось и приходило командами из внутрисети. И мы стали просто суперсильными, нас не могли победить, нас не могли застать врасплох.

И всё у нас было хорошо, пока не появилось ОНО — большое селение, которое было окружено сильными гибкими скалами и неприступным барьером, и их жители были очень необычными: они не занимались производством, как все остальные жители нашей страны, они всё время только думали, думали и мечтали, и придумывали, и воображали, и командовали, и подслушивали, и подсматривали, и всё-всё чувствовали, и всё запоминали. Это было что-то необычное!

ОНО могло почувствовать, что на нашу страну, на самый далекий ее уголок только начинали нападать, и ОНО уже об этом знало и раздавало команды, посылая их через внутрисеть. Но за это ОНО брало очень большую цену — более 20 процентов всего самого лучшего шло туда из всей страны. Когда ОНО к нам пришло, то многие селения перестали в нашего бога верить: зачем, когда ОНО умело всё, когда ОНО знало всё, когда ОНО контролировало всё и всех? ОНО просило нас называть себя ИНТЕЛЛЕКТОМ.

Из-за того что некоторые в селениях утратили веру, они стали атеистами, стали ценить свою жизнь, перестали по команде умирать и, наоборот, стали еще сильнее размножаться. И такое ощущение, что даже жить стали веселее. Но оказалось, за всё веселье нужно платить: из-за того что таких атеистов стало очень много, наша страна стала болеть. Стали образовываться новые независимые скопления, которые хотели независимости и не хотели подчиняться приказом сверху.

Вообще, внучек, тебе еще рано рассказывать про такие материи, как жизнь, смерть и про другие миры. Те, которые живут в стеклянном куполе рядом с ИНТЕЛЛЕКТОМ, говорят, что наш мир не один, что они часто видели и другие миры — иногда очень на нас похожие, иногда совсем другой формы. А еще — что наша вселенная движется, что у каждой вселенной есть границы, что две вселенные встречаются и в результате могут образовать еще одну, что вселенная может путешествовать туда, где нет даже колебаний, что у многих совокупностей вселенных есть тоже свои религии...

Но одними рассказами сыт не будешь. Пошли, внучек, подергаем наши митохондрии, а то вот команда пришла: говорят, срочно нужны белки. Говорят, наша вселенная сегодня подралась с другой и получила разрывы в наших границах — нужно эти разрывы срочно заклеить. Зачем срочно заклеить? Наверное, чтобы мы лично другие вселенные не увидели!